Судейская независимость: ни слова о главном и путаница с решением Евросуда

12.04.2019

Высший совет правосудия обнародовал отчет о состоянии судебной независимости. Итоги вышли местами довольно забавные, в определенной степени неожиданные и по содержанию, и по форме. Бесконечные, зачастую абсолютно лишние выкладки нормативной базы придали документу веса — только в буквальном смысле, но не содержания.

О главных рисках судейской независимости, о том, что и как на самом деле делали с судебной властью последние несколько лет на самом высоком политическом уровне, — ни слова. Само «состояние независимости», будем откровенны, довольно плачевное по ряду объективных и субъективных причин, некоторые из которых если и упоминаются в докладе, то деликатно до неузнаваемости. И это уже не эвфемизмы ради приличия, а откровенное искажение действительности.

Кто мешает судьям жить

Доклад о состоянии независимости судебной власти состоит из частей, преимущественно посвященных категориям населения, которые больше всего мешают судьям жить насыщенной и счастливой профессиональной жизнью, воплощая наставления дочери Урана и Геи. Это адвокаты, обычные граждане и общественные активисты, правоохранители, ну и, конечно, — проклятые СМИ.

Отдельный эпический раздел посвящен судейской точке зрения на яркую современную «батрахомиомахию» («Война лягушек с мышами», древнегреческая пародия на героический эпос) судей с правоохранителями, прежде всего — с прокуратурой.

Высший совет правосудия и судейская независимость. Война лягушек с мышами

 

На фоне того, на что способны все перечисленные категории граждан, чтобы получить нужное решение суда, красноречивые жемчужины из доклада свидетельствуют также о том, насколько дикарские представления о «покушении на независимость суда» имеют сами служители Фемиды. Порой даже не знаешь, что поражает больше.

Да, наверное, есть немало случаев, когда честный профессиональный судья пытается вынести законное решение, а ему всячески вставляют палки в колеса. Но бессмертным трендом остаются традиционные для многих служителей Фемиды спесь и высокомерие, которые и обусловливают неадекватное восприятие определенных реалий.

Как следует из доклада, далеко не в каждом случае ВСП безоговорочно бросается на защиту судьи, которому показалось, что его обидели или хотели обидеть. А среди них есть неожиданно много мнительных, что невольно думаешь, как они вообще могли выбрать себе такую ​​беспокойную профессию.

Итак, каковы же тренды в части покушений граждан на независимость судебной власти и случаев, которые только самим судьям кажутся покушениями?

Покушения реальные и мнимые

О народных депутатах нечего и говорить, это порода особая. Один яркий пример. Следственный судья Оболонского райсуда столицы рассматривал ходатайство об избрании меры пресечения. Среди нескольких десятков человек в зале был и депутат от Радикальной партии.

Присутствующие мешали судье объявлять решение, угрожали применить насилие, вели себя крайне вызывающе. Дошло даже до того, что судье не давали выйти из зала суда. Впрочем, ограничение права на свободное передвижение служителя Фемиды померкло перед тем, что народный депутат Украины тут же плюнул ему в лицо, а еще и в тот же день распространил в интернет-издании информацию о взятке, якобы полученной судьей.

ВСП «пришел к выводу, что действия народного депутата Украины являются не соответствующими требованиям Конституции и законам Украины», — так вполне серьезно и утверждается в отчете. Брал судья взятку или нет — осталось за кулисами.

Обычные граждане не отстают

Обычные граждане тоже не отстают, добиваясь справедливости в судах, или просто желаемых решений, без учета реальных обстоятельств дела и закона.

Огромное количество сообщений о блокировании работы суда, размещении публикаций в СМИ, которые судьи считают провокационными и лживыми, высказывании угроз, оскорблений и т. п. Больше всего сообщений о вмешательстве, поступающих в ВСП, касается неправомерных, по мнению судей, действий граждан и их объединений.

Оно и понятно, обычных граждан вон сколько, и они ощутимо менее защищены, чем депутаты, прокуроры и прочие, кто объективно имеет больше возможностей постоять за себя. Так что когда доходит до суда, обычные граждане сопротивляются как могут. Получается оно по-всякому, когда наивно, а когда — и жестко, что только усиливает фантасмагорический портрет современной украинской Фемиды в полный рост.

Так вот, результатами проверки сообщений судей, встревоженных и разгневанных нелюбовью представителей сторон и сочувствующих, Высший совет правосудия в большинстве случаев не устанавливает обстоятельств, свидетельствующих о реальном вмешательстве граждан и их объединений в отправление правосудия. Такая досада.

Рассматривая каждый конкретный случай, ВСП, как утверждается в отчете, тщательно анализирует, создают ли сообщенные судьей факты реальные риски для независимости судьи при отправлении правосудия. Может ли судья в конкретной ситуации оставаться беспристрастным, действительно ли существует угроза вынесению судьей справедливого и беспристрастного решения. Наконец — не должен ли судья в данном конкретном случае сам навести порядок в зале судебных заседаний, а не по каждому малейшему поводу бросаться писать письмо на ВСП.

Забывчивые судьи

Кстати, бывает, что, обратившись в ВСП, судья почему-то забывает поставить в известность о досадном случае, который он считает давлением, Генеральную прокуратуру, хотя обязан так поступать в случае попыток сторон по делу обратиться к нему не процессуальным способом. То есть либо по причине собственного низкого профессионализма, то ли ввиду осознания искусственности повода для жалобы «забывает» сообщить о противоправных действиях правоохранительному органу.

ВСП подчеркивает, что термин «вмешательство в деятельность суда в части осуществления правосудия» является ситуативно оценочным, а каждый сообщенный судьей случай — индивидуальным. Надо сказать, что на удивление… индивидуальна также реакция судей. Порой складывается впечатление, что они шли работать в младшую группу детского сада, а оказались в темном лесу, и им очень страшно.

Например, судья Белгород-Днестровского горрайонного суда Одесской области забил тревогу в связи с тем, что перед началом судебного заседания по делу вольнослушатель подошел к столу председательствующего и положил перед судьей репродукцию картины «Суд Камбиса». Картина действительно малоприятная, особенно — для судей, на которых она, конечно, производит еще более сильное впечатление. Но оказалось, что в подобных случаях следует не взывать к ВСП, а самостоятельно обеспечивать надлежащий порядок в заседании.

Высший совет правосудия и судейская независимость. Картина нидерландского живописца Герарда Давида «Суд Камбиса», 1498

 

Отчет содержит ряд примеров, когда судьи, не приняв никаких предусмотренных законом мер по наведению порядка в зале судебных заседаний или обращению в уполномоченные органы, ограничивались эпистолярным жанром и лишь вдохновенно строчили заявления в Высший совет правосудия. Как и в случае с последовательным закарпатским дяденькой, который, решив, что судья Ужгородского горрайонного суда отказала ему в отмене админвзыскания незаконно, раз за разом, как на работу, являлся к ней с требованием дать ему 425 грн для оплаты того самого штрафа.

ВСП последовательно считает, что решать подобные ситуации — дело самих судей.

Оскорбительные выходки граждан

Как оказалось, распространенным трендом среди наших граждан является и такая забава: прийти в суд и придираться к судье в стиле «ты кто такой», требуя удостоверения, справки, а еще и подтверждение полномочий суда как государственного органа. Особенно буйные или креативные вызывают полицию: мол, суд ненастоящий.

Судьи апелляционного суда Черкасской области сообщили об оказании на них давления при рассмотрении гражданского дела. Так они расценили полученное коллективное обращение за подписью 18 представителей общественных организаций к председателю суда. Письмо содержало предупреждение о том, что в случае удовлетворения судом иска одиозного чиновника о восстановлении на работе подписанты прибегнут к перекрытию дорог, обустройству палаточных городков и другим средствам сопротивления.

Впрочем, в отличие от судей, этот эффектный анонс не произвел соответствующего впечатления на ВСП. Вердикт его был таким: не усматривается обстоятельств, указывающих на вмешательство в осуществление правосудия апелляционным судом Черкасской области, влияние на судей этого суда или проявление неуважения к ним.

Судья Васильковского горрайонного суда Киевской области заявила о вмешательстве в ее деятельность гражданина, который «позвонил с просьбой об объективном рассмотрении дела». ВСП также не увидел нарушений в таком хорошем пожелании, хоть и выраженном непроцессуальным способом.

Судья Верховного суда сообщил, что весьма креативным адвокатом было подано заявление об отводе коллегии, потому что на счет одного из судей перечислена сумма «за положительное решение спора в пользу истца». Действительно, на карточку судьи от неизвестного лица поступила, согласитесь, унизительная, как для судьи такого уровня, сумма в 5000 грн. Личность «жертвователя» идентифицировать не удалось. Эта оскорбительная провокация была закономерно расценена коллегией судей как вмешательство и получила надлежащую оценку ВСП, который обратился по поводу этой «взятки» в Генпрокуратуру.

Очевидная неочевидность

То есть судьи зачастую сами не знают, что может и должно быть расценено как попытка давления, а что — нет. В итоге некоторые из них готовы чуть ли не любой контекст выставить как покушение, что выглядит беспомощно, смешно и горько…

В части определения, что является вмешательством, а что нет, очень красноречив п. 20 заключения: «Обращение участника судебного производства в Высший совет правосудия с дисциплинарной жалобой на действия судьи до окончания рассмотрения дела Совет не расценивает как вмешательство в его деятельность по осуществлению правосудия, кроме случаев, когда такие обращения имеют очевидные признаки давления на судью с целью помешать выполнению профессиональных обязанностей или склонить к вынесению неправосудного решения».

За эту «очевидную неочевидность» авторы отчета извинились ранее, отметив: «Большинство правовых категорий, применяемых Советом, являются оценочными, поэтому не может быть полностью унифицированных подходов к решению вопросов о наличии или отсутствии вмешательства в профессиональную деятельность судьи. Кроме того, поскольку во многих случаях сообщаемые судьями факты находятся на грани различных правовых понятий, их юридическая оценка не может быть однозначной».

Подлые СМИ

С учетом таких красноречивых примеров, не такой впечатляющей кажется обнародованная в отчете статистика: треть судей утверждают, что принимали решение «под давлением фактических или ожидаемых действий со стороны СМИ».Формулировку «ожидаемых действий» оставим без комментариев. Мало ли у кого какие фобии. Впрочем, довольно странным выглядит еще одна цифра: каждый пятый из опрошенных судей заявил о публикации конкретно в его отношении критических материалов в СМИ в связи с профессиональной деятельностью. Как-то очень много, но пусть эта статистика остается на совести опрошенных.

Так же, как и патриотический эгоцентризм авторов доклада, которые, пространно цитируя хрестоматийное дело «Хэндисайд против Великобритании» от 7 декабря 1976 года, о первоисточнике не упомянули, указав лишь, что эту позицию ЕСПЧ выразил в деле против Украины, датированном 2005 годом. Возможно, это просто копи-паст с более раннего произведения председателя ВСП господина Бенедисюка, прибегнувшего к такому же «цитированию», а возможно — причудливый отголосок не менее удивительного, но ожесточенного спора о том, пригодны ли для использования в Украине решения ЕСПЧ, вынесенные в отношении других государств…

Из решения ЕСПЧ по делу Хэндисайда от 7 декабря 1976 года

57. Суд напоминает, что свобода слова в том виде, как она гарантирована статьей 10 п. 1, представляет собой одну из несущих опор демократического общества и является основополагающим условием, служащим его прогрессу и самореализации каждого индивида. При соблюдении требований п. 2 она применима не только к «информации» или «идеям», которые встречают благоприятный прием или рассматриваются как безобидные либо безразличные, но также и к таким, которые оскорбляют, шокируют или внушают беспокойство. Таковы требования плюрализма, толерантности и либерализма, без которых нет «демократического общества».

Продолжение следует

Анатолий Новосельцев

Источник