Фемида ля комедия

29.12.2017

Антикоррупционно-законодательный воз, который долго буксовал, сдвинулся с мёртвой точки. Депутаты с третьей попытки всё же отозвали “антикоррупционные” законопроекты и таким образом включили зелёный свет для инициативы президента. Дело в том, что до момента, пока в парламенте были нерассмотренные законопроекты, вносить альтернативные запрещено законом. На днях президентский документ, предусматривающий создание антикоррупционного суда, появился на сайте Верховной Рады.

Представители пропрезидентской фракции БПП долго предлагали вместо антикоррупционного суда создать антикоррупционные палаты в Верховном суде. Однако эту идею жёстко раскритиковали в ВСУ, а также в Высшей квалификационной комиссии судей.

Не исключено, что процесс создания антикоррупционного суда не сдвинулся бы с мёртвой точки, однако в Евросоюзе, Венецианской комиссии публично призвали высшее руководство Украины безотлагательно принять законопроект, регламентирующий его деятельность. Однако, как сообщил Фокусу источник на Банковой, решающую роль сыграл МВФ. В Международном валютном фонде, напомним, также недавно выступили с заявлением о необходимости создания антикоррупционного суда и пригрозили, что в случае отсутствия движения в этом направлении Киев может только мечтать об очередном кредитном транше. “Остаться у разбитого кредитного корыта, когда в стране воз и маленькая тележка экономических проблем, а президентская избирательная кампания фактически стартовала — это сродни политическому суициду. Именно жёсткое заявление, прозвучавшее из уст представителей МВФ, и подтолкнуло Порошенко к решительным действиям”, — заявил в беседе с Фокусомодин из лидеров фракции БПП. По его словам, сейчас народные депутаты от БПП стоят перед выбором. С одной стороны, они должны поддержать президентскую инициативу, с другой — им сложно закрывать глаза на многочисленные замечания экспертов относительно формы и содержания антикоррупционного проекта Петра Порошенко.

“Тransparency International Украина”, “Антикоррупционная реформа” РПР, Центр противодействия коррупции, ACREC, Центр политических студий и аналитики “Эйдос”, StateWatch, Антикоррупционный штаб, Центр политико-правовых реформ. Это далеко не полный перечень организаций, которые не просто раскритиковали президентский законопроект, а призвали главу государства отозвать его и доработать.

Сторонники создания антикоррупционного суда неустанно подчёркивали, что главной идеей его создания является рассмотрение в этом суде дел, подследственных НАБУ. Глава этого ведомства Артём Сытник не раз жаловался, что работа его подопечных сводится на нет, так “как в Украине нет независимых судов”. Отталкиваясь от этого, председатель НАБУ при каждом удобном случае заявлял, насколько важным является создание специального антикоррупционного суда. “Антикоррупционный суд нужно создавать не сегодня. Его нужно было создавать позавчера. Но по определённым причинам этот процесс искусственно тормозился”, — отметил Артём Сытник в комментарии Фокусу.

Опрошенные Фокусом парламентарии-юристы из многих фракций выделяют следующие опасения касательно антикоррупционного законопроекта, поданного Петром Порошенко.

Первое. По президентскому законопроекту антикоррупционный суд будет состоять из суда первой инстанции и апелляционной палаты. Этот суд станет рассматривать не только дела, подотчётные НАБУ, но и, например, Нацполиции, Госбюро расследований и другим силовым органам.

“Это сделано с одной-единственной целью — максимально загрузить сотрудников НАБУ, а по возможности парализовать работу этого органа, на который возлагают большие надежды наши европейские партнёры. Естественно, параллельно будет загружен и суд, который не справится с таким количеством дел”, — прокомментировал для Фокуса подводные законодательные рифы киевский юрист Артём Сторожук.

Второе. Общественный совет международных экспертов, которые станут оценивать “чистоту” претендентов в судьи, не будет иметь права вето на кандидатуры. Этот совет будет работать при Высшей квалификационной комиссии судей, а даже если совет отклонит кандидатуру из-за несоответствия критериям добропорядочности, этот вывод может отменить ВККС не менее чем 11 голосами (2/3 от общего состава) и подтвердить способность такого судьи осуществлять правосудие в антикоррупционном суде.

“Топ-коррупционерам антикоррупционный суд вообще не нужен. Максимум, на что они сейчас готовы, — пусть будет суд с такой красивой вывеской, но дальше с зависимыми коррумпированными судьями. Во главе с президентом им удалось провернуть такой трюк при формировании Верховного суда. Общественность как бы допустили анализировать кандидатов в судьи, но проигнорировали большинство разоблачений. Теперь Пётр Порошенко предлагает повторить трюк при формировании антикоррупционного суда. Это плохая идея, которую мы должны отбросить в парламенте. Право подбора кандидатов в антикоррупционный суд следует напрямую делегировать представителям Евросоюза и США”, — заявляет бывший глава антикоррупционного комитета ВРУ Егор Соболев.

Предельно жёсткие критерии, предъявляемые к будущим судьям АСУ, по мнению экспертов, могут привести к тому, что процесс поиска подходящих кандидатов растянется как минимум на год. Требования, выдвигаемые к потенциальному судье антикоррупционного суда, действительно серьёзные. Так, претендентом может быть гражданин Украины в возрасте не моложе 35 лет, со стажем работы в должности судьи не менее 5 лет, с учёной степенью в области права или научной отрасли, с адвокатским опытом. Не могут быть назначены судьями антикоррупционного суда те, “кто десять лет до назначения работал в силовых структурах, занимал политические должности, совершал коррупционные правонарушения”.

“С учётом весьма специфических требований к кандидатам в судьи сегодня найти в Украине тех, кто соответствовал бы выписанным критериям, будет крайне сложно”, — считает бывший заместитель генпрокурора Виталий Касько.

Авторы президентского проекта предлагают установить, что новому суду будут подсудны коррупционные и связанные с коррупцией преступления, если размер предмета преступления или причинённого им вреда в 500 и более раз превышает размер прожиточного минимума в момент совершения преступления. Это, по мнению юристов, — вишенка на законодательный торт Банковой. Впрочем, есть ещё одна: для судей антикоррупционного суда должна быть предусмотрена круглосуточная охрана. Критики президентского законопроекта в этой связи иронизируют: дескать, если антикоррупционный суд на практике станет демонстрировать свою независимость, то, очевидно, “охранная” норма будет более чем актуальной.

*********

Прокомментировать президентский законопроект Фокус попросил одного из его соавторов, Георгия Вашадзе, и эксперта Реанимационного пакета реформ Александра Леменова.

Александр Леменов, эксперт по вопросам антикоррупционной реформы Реанимационного пакета реформ

— Меня больше всего волнует преодоление вето совета международных экспертов 11 голосами членов ВККС. Это разрушает всю конструкцию, никакой независимости суда тогда не будет. На формирование любого нового органа власти больше всего влияет конкурсная комиссия. Что бы там ни голосовал совет международных экспертов, последнее слово останется за ВККС, они преодолеют любое вето, проведут тех людей, которые им нужны, а потом ещё и возглавят новый орган. Если снять этот пункт, то дальше можно разбираться с другими претензиями: относительно подсудности, завышенных критериев к судьям и т. д.

Насколько я понимаю, уже с 9 января начнется обсуждение законопроекта в комитетах ВР, с 16 числа возобновится пленарная работа Рады, и, вполне возможно, тогда и проголосуют этот законопроект за основу. Есть консолидированная политическая позиция, элиты проголосуют за то, что им нужно, и любые консультации с украинскими и международными экспертами ничего не дадут. Если все карты у власти на руках, она разложит этот пасьянс так, как ей угодно.

Реалистический сценарий — суд не заработает раньше следующих президентских выборов. Мы помним историю с избранием руководства Госбюро расследований — она длилась полтора года.

Не думаю, что внесение данного законопроекта — это прорыв в деле борьбы с коррупцией, более того, это шаг назад. Прорыв был бы, если бы учли замечания Венецианской комиссии, но некоторые её идеи в АП вообще исказили в свою пользу. Появится абсолютно ручной антикоррупционный суд, который будет принимать те решения, которые нужны власти, даже если руководство НАБУ останется прежним. Уголовные дела, которые расследует НАБУ, будут заканчиваться пшиком, как сейчас в Соломенском суде Киева. Только пока они просто “замораживаются”, а в антикоррупционном суде дела будут закрываться — якобы из-за отсутствия состава преступления, отсутствия доказательств и т. д.

 

Георгий Вашадзе, основатель Фонда инноваций и развития, один из разработчиков законопроекта

— Если международные эксперты дадут негативную оценку по какому-то кандидату, то потребуется две трети голосов ВККС, чтобы назначить судью. Эти эксперты представляют конкретные международные организации, и преодоление их вето — это непростой процесс. Потому, когда критики говорят, что международные эксперты получат лишь совещательный голос, это неправда. Также проводятся параллели с Общественным советом добропорядочности и Верховным судом, говорят, что ВККС в некоторых случаях преодолевало вето общественности. Но подключение к процессу международных организаций совершенно меняет ландшафт, в котором будет проходить набор судей, это гораздо более высокий уровень.

Что касается подсудности, то в законе прописано ограничение в суммах, это более 850 тыс. грн. Только эти дела будет рассматривать антикоррупционный суд. Кроме того, Уголовный кодекс предусматривает перечень коррупционных статей, мы этот список перенесли в законопроект об антикоррупционном суде.

У нас была следующая задача: отобрать кандидатуры, которые имеют серьёзный опыт, международный опыт, тогда к ним будет больше доверия. В Украине есть люди, работавшие в международных организациях, в Европейском суде по правам человека и т. д. Это не значит, что окончательная формулировка и требования к судьям будут именно такими. Но задача прежняя — к судьям нового суда у общества должно быть высокое доверие.

Данный законопроект — это всего лишь инициатива, зарегистрированная в парламенте. Сейчас начнётся обсуждение в комитете, на рабочих встречах, это абсолютно нормальный процесс, и разные мнения будут учитываться, во время рассмотрения документа в Верховной Раде будут вноситься правки и т. д. Главное, что лёд тронулся, наконец-то появился законопроект от президента, и мы знаем, от чего отталкиваться.

Думаю, отзыв и внесение нового законопроекта, чего многие требуют, — это неправильный путь. У критиков есть несколько конкретных замечаний, так давайте их обсуждать. А из-за того, что кому-то не нравится конкретная статья в законе, его не стоит отзывать и вносить новый. Давайте посмотрим, какому именно пункту рекомендаций Венецианской комиссии, по их мнению, не соответствует закон №7440, будем определяться — это конструктивная позиция.

Надеюсь, что Верховная Рада как можно скорее примет этот закон, и до конца следующего года антикоррупционный суд начнёт свою работу, а спустя несколько месяцев будут первые приговоры по конкретным делам. Возможно, мы прямо пропишем некоторые временные ограничения по отбору кандидатур в состав суда, чтобы ускорить этот процесс.

Надо было создавать антикоррупционный суд ещё с 2014 года, жаль, что всё началось так поздно. Антикоррупционный суд должен быть справедливым и быстрым, принимать решения в рамках отведённых законом сроков.

Милан ЛеличНаталия Ромашова

Источник

Остання Публіцистика

Нас підтримали

Підтримати альманах "Антидот"