Один день с зам. министра МВД Антоном Геращенко

21.11.2019

Антону Геращенко 40 лет. В прошлом он депутат Харьковского горсовета, глава Красноградской райгосадминистрации, советник главы МВД Арсена Авакова, народный депутат фракции «Народный фронт». В конце сентября Геращенко, который работает с Аваковым 15 лет, стал его замом в МВД. Согласно официальному релизу министерства, Геращенко отвечает за взаимодействие с Радой и диалог с общественностью и СМИ. На практике же он — спикер ведомства и его второе после Авакова публичное лицо. В недалеком прошлом именно он первым рассказывал о подробностях громких криминальных дел. На новой должности чиновник высказывается сдержанно и следит за словами. Как проходит рабочий день Геращенко и как МВД с нового года будет наказывать водителей за нарушения на дорогах — выясняла корреспондент theБабеля Маша Жартовская.

Ранним утром Антон Геращенко встречает нас с фотокором у подъезда дома на Печерске, где он арендует  189-метровую квартиру.

Справка
По данным Bihus.info, Геращенко переехал в эту квартиру в 2016 году. По его словам, аренда обходится в три тысячи долларов в месяц. Эту сумму он якобы делит с тестем Алексеем Шамбуром. Но журналисты выяснили, что Шамбур квартирой не пользуется и постоянно живет в Полтаве.

 

Темное пальто, костюм, малиновый галстук Pierre Cardin. Геращенко предупреждает, что ему нужно отвести в детский сад трехлетнюю дочь Полину. Фотографировать себя с дочкой не разрешает ради ее безопасности.

По дороге в садик Геращенко рассказывает, как пройдет день, какие и с кем будут встречи, что будут обсуждать на совещаниях. У Геращенко деловой настрой, он говорит как настоящий чиновник.

— В мои функциональные обязанности входят связи с общественностью, взаимодействие с парламентом, информационная политика министерства внутренних дел и все, что поручит министр.

Отдав Полину в сад, мы садимся в автомобиль Skoda Superb с водителем за рулем. Геращенко с гордостью его представляет: «Олег — в прошлом оперативный сотрудник, розыскник, поймал сотни преступников». Мы снова проезжаем рядом с домом Геращенко, он вспоминает:

— Вот на этом самом месте должны были подложить бомбу в мою машину.

Речь о покушении на жизнь Геращенко, которое СБУ предотвратила в января 2017 года. Тогда, якобы по заданию российских спецслужб, два уроженца Крыма Дмитрий Якоб и Святослав Жиренко планировали подорвать авто Геращенко. Сейчас подозреваемые в СИЗО, а дело уже год слушают в Оболонском суде Киева. Геращенко надеется, что приговор вынесут в следующем году.

— Скажу честно, почему я согласился [участвовать в проекте «День с…»]. Многие меня считают одиозным, странным персонажем. В нашей стране можно из плохого человека сделать друга народа и спасителя Украины, из хорошего — отбивную в медиа. Иногда это необоснованно. Но меня это не очень беспокоит, если честно. Я согласился в том числе потому, что это мое первое большое интервью.

В браузере ноутбука у него открыты несколько вкладок. Первая же новость на сайте «Страны» о том, что президент Владимир Зеленский поставил несколько условий Авакову. Геращенко уже знает, что речь об упрощении процедуры получения водительских прав и демонополизации этого процесса. Кроме «Страны», он просматривает сайты Рады, Кабмина и еще шести крупных новостников.

— Вашего сайта пока нет, но добавим, — обещает он, открывая файл с мониторингом информации. Дважды в день ему приходит информация об упоминании полиции в СМИ и сводка происшествий за предыдущие сутки. Что из этого комментировать, Геращенко советует помощник.

Я говорю, что раньше видела другие сводки, так называемые служебные записки с информацией, снятой с прослушки, которые кладут на стол министру. Но Геращенко быстро отмахивается — говорит, что о таком не знает и щелкает по вкладкам в браузере.

— Проблемой номер один в Украине называют коррупцию, а я бы сказал, что проблема номер один — отсутствие системы госуправления, — неожиданно переключается на новую тему Геращенко. — Это касается подбора кадров, принятия решений и их согласования: там, где нужно, не советуются, там, где не нужно, так пересоветуются, что уже забудут, зачем это все затевали. Коррупция — только часть проблемы госуправления.

Около девяти утра мы подъезжаем к зданию МВД на улице Богомольца, в центре Киева. Кабинет Геращенко на шестом этаже, туда он поднимается пешком — использует любую возможность ходить. На лестнице Геращенко рассказывает, что установил на Apple Watch программу, которая измеряет его активность и считает калории.

Замминистра следит за весом. В 36 лет он весил 160 килограмм. Но, как сам признается, понял, что из-за проблем со здоровьем может умереть молодым и ничего не успеть. После этого он сбросил 50 килограмм и теперь старается не выходить за пределы 105—110 килограмм.

В отличие от большинства других кабинетов власти — с позолотой и вензелями, у Геращенко сравнительно свежий ремонт и несколько пустых шкафов с бокалами — видно, что новый хозяин еще не обжился. На столе документы, папки и пара книг: одна с афоризмами, вторая — «Человек в поисках смысла». Ее автор, психиатр Виктор Франкл сумел выжить в самых страшных нацистских концлагерях во время Второй мировой. Геращенко перечитывает книгу в сложные времена, чтобы «понять, что все не так плохо». Конкретно эту — приготовил на подарок. Афоризмы он использует, чтобы писать тексты выступлений.

— Надо выступить с речью и вот как-то не клеится, смотришь мудрость, а потом ее обрабатываешь. Допустим, «человек — ничто иное, как ряд его поступков», — зачитывает первый попавшийся афоризм Геращенко.

В десять утра у него и Руслана Фуфалько, первого замглавы Департамента международных отношений МВД, встреча в МИД по поводу Виталия Маркива. Это украинец, которого в Италии приговорили к 24 годам тюрьмы за убийство итальянского журналиста Андреа Роккелли. В Украине приговор считают несправедливым и добиваются его пересмотра. Пока безуспешно. На встрече должны быть замглавы украинского МИД и госсекретарь министерства иностранных дел Италии.

— Мы готовимся к апелляции, и она будет не столько юридическая, сколько нужно обратить внимание итальянского общества и политиков на несправедливость приговора, — объясняет позицию МВД Геращенко.

Пока ждем появления Авакова, который должен подписать письмо для встречи в МИД, спрашиваю, как политик со стажем Геращенко попал в Кабмин, если команда президента обещала формировать правительство из новых людей.

— Невозможно поменять всех чиновников на новых. Более того, это пагубно для системы госуправления. В Администрацию президента вместе с Зеленским пришли около 30 людей. А сколько там вообще работают? Как вы представляете себе тотальное обновление?

Еще один вопрос к назначению Геращенко — согласовывала ли его кандидатуру фракция «Слуги народа». О том, что новых замов министров должны согласовывать в Раде, в личных беседах говорят сами депутаты большинства.

— Назначения замов — это не полномочия нардепов. Министры подбирают себе заместителей, которые будут помогать им обеспечивать результат.

— Вас критиковали за публикацию персональных данных  журналистов, аккредитованных на оккупированных территориях, а теперь вы же отвечаете за безопасность журналистов — как это возможно?

Справка
Геращенко — один из идеологов сайта «Миротворец». В начале мая 2016 года он анонсировал публикацию персональных данных журналистов, аккредитованных для работы на оккупированных территориях Донецкой области в так называемом «министерстве информации ДНР». Ее публично раскритиковали журналисты, политики и правозащитники.

 

— Критикуют только тех, кто много делает. Ничего не делаешь — вообще не критикуют. Можете цитировать. А «Миротворец» — отдельная организация, которую можно оценивать по-разному. Антон Геращенко перепостил чью-то информацию, поэтому это второстепенно, — говорит он о себе в третьем лице и отвлекается на телефонный звонок члена Комиссии по аттестации прокуроров Александра Леменова. Восьмого ноября на него на улице напали неизвестные, и Геращенко обещает взять дело под личный контроль.

 

После этого Геращенко идет в кабинет Авакова, но нас не зовет: говорит, что накануне министр вернулся с помощником президента Андреем Ермаком из Золотого и устал. Через 12 минут Геращенко выходит, и мы едем в МИД.

Замминистра смело можно назвать «человеком-функцией». Всем своим видом каждую минуту он демонстрирует высокую эффективность: даже в дороге подробно объясняет водителю, как лучше ехать, много звонит, пишет в мессенджеры и иногда советует мне, что «вынести в цитату».

Рядом с МИД находится здание Центрального управления полиции Киева. На нем висит баннер с изображением Маркива и словами Free Markiv.

— Красиво, правда? Это тоже я. Я придумал, министр поддержал, — хвалится Геращенко.

На встречу он нас взять не может. Через полчаса выходит и говорит, что Украина готова установить истину по делу вместе с итальянцами, и мы едем на следующую встречу — с Максимом Бахматовым, советником мэра Киева Виталия Кличко, в Киевскую горгосадминистрацию.

Вытянувшись на стуле, Бахматов встречает нас заявлением о том, что сейчас у него дискуссия с [замдиректора по транспортной инфраструктуре КГГА] Дмитрием Рахматуллиным «по поводу защиты центральной улицы от пидарасов».

— Прошу так и записать! — тут же обращается ко мне Геращенко, а Бахматов продолжает. Оказывается, речь о водителях, которые неправильно паркуются и хамят полицейским. Чтобы защитить последних, с каждым ходят по трое бойцов Муниципальной стражи.

После этого Бахматов, Геращенко и руководители профильных департаментов обсуждают проблемы с эвакуацией машин и отправкой штрафов с 1 января.

— Чтобы нас не так сильно не любили, я предложил министру с ноября по январь провести информационную кампанию на ТВ с посылом, что с нового года нарушать правила будет дорого.

Еще один спорный вопрос — чтобы эвакуировать машину, полиции нужно привлечь двух понятых.

— Хочу посмотреть в чистые, светлые глаза того, кто это придумал, — иронизирует Геращенко, и общим решением норму договариваются убрать.

Дальше Бахматов интересуется, будет ли стресс-тест системы штрафов по видеофиксации. Если нет, большие риски получить судебные иски от несогласных со штрафами водителей.

— Мы должны потестить это с адвокатами, автомобилистами и активистами, которые любят нас дрючить и тренировать просто из любви к искусству, — говорит Бахматов.

— Ну, «мочить» в первую очередь будут нас, — отвечает Геращенко. — У вас ведь только камеры, а основное пиар-дерьмо польется на полицию.

После встречи с Бахматовым мы спешим на парламентские слушания по закону об уголовных проступках. Это скучное заседание на два с половиной часа с депутатами, главой профильного комитета по вопросам правоохранительной деятельности Рады Денисом Монастырским и руководителями силовых ведомств. Задача Геращенко — выступить и рассказать, почему законопроект нужно принять.

К середине дня я почти смирилась, что вытащить Геращенко на конкретные ответы и бурные эмоции невозможно. Весь день он «держит лицо», всем своим видом демонстрируя нужность и эффективность. К тому же с приходом в МВД прежде щедрый на резкие заявления нардеп стал гораздо дипломатичнее.

После слушаний, около 16:00, мы едем обедать в ресторан гостиницы «Киев». Там живут многие депутаты и Аваков. Геращенко забирает крафтовый пакет у своего водителя. Присев за один из столов, он заказывает баклажанную икру и достает из пакета бутылку с домашним томатным соком и бокс с едой. В нем квашенная капуста и помидоры, котлеты и колбаски. Геращенко следит за питанием.

Личный KPI Геращенко — до конца года подать на рассмотрение Рады около десяти законопроектов, от которых зависит работа МВД. Они касаются безопасности дорожного движения, внедрения светоотражающих ленточек на одежде пешеходов на дорогах в темное время суток и многого другого. Спрашиваю, будет ли рассматриваться президентский законопроект о переподчинении Нацгвардии. Предполагалось, что она выйдет из структуры МВД и станет отдельным ведомством, подотчетным только президенту.

— Активных действий я не наблюдаю. Наша позиция — пока полиция и Нацгвардия как единая система в МВД обеспечивают безопасность, реформировать и ломать это не нужно.

Раз заговорили о структуре министерства, спрашиваю, почему глава Нацполиции Сергей Князев подал в отставку, а Аваков принял отставку трех его замов, уволенных Кабмином в сентябре.

— Это компромисс министра с новой властью, чтобы остаться на посту?

— Нет, давно запланированное решение. Президент хотел обновления, и министр принял такое решение, — сухо отвечает Геращенко.

Я напоминаю, что общество тоже было за обновление и против повторного назначения Авакова в МВД. Геращенко тут же исправляет: «Часть общества».

— Внедрение видео- и фотофиксации нарушений правил дорожного движения тоже будет непопулярным решением, но точно полезным. Кроме общественного мнения, важен долгосрочный позитивный эффект для государства и общества. Многие вещи становятся понятны только через время. Не бывает так, что власть любит сто процентов общества.

Сам Геращенко поддерживает монобольшинство как эффективный инструмент реформ и быстрых изменений. Он ест быстро, до конца обеда успеваю только спросить, были ли случаи, когда Аваков остался им недоволен.

— Бывали. Иногда я не обладаю достаточным объемом [информации] для определенных заявлений. Там, где нужно было промолчать, я говорил.

После обеда мы снова идем в Раду. Там Геращенко должен обсудить с Монастырским концепцию будущего закона об оружии. Они встречаются и договариваются, что «Украинский институт будущего», одним из основателей которого является Геращенко, вместе с комитетом проведут социсследования и поймут, как украинцы относятся к законопроекту.

Около 17:30 в Кабмине у Геращенко встреча с министром цифровой трансформации Михаилом Федоровым. Им нужно обсудить принятый в первом чтении законопроект о реестрах, инициированный министерством Федорова. Задача документа — упорядочить более 400 электронных реестров, созданных по разным правилам. МВД документ не устраивает: оно считает его формальным и в таком виде бесполезным.

Федоров встречает Геращенко полулежа на диване в коридоре Кабмина и провожает его в кабинет через приемную. Сев напротив Федорова, Геращенко вместе с начальником Департамента информтехнологий МВД Игорем Бондаренко начинает разговор как «человек с опытом законотворческой работы». Он долго объясняет, что не так с документом. Федоров просит сбросить все замечания ему в WhatsApp. Смысл беседы уловить сложно, в какой-то момент Федоров признается: «Если честно, я ничего не понял». В итоге договариваются подготовить поправки к законопроекту. К моменту выхода материала Геращенко уточнил, что Федоров принял правки МВД.

Выходя из кабинета, замминистра обращает внимание на большую фотографию на стене. Спрашивает, кто это. Федоров, который увлекается футболом, отвечает что это Клаудио Раньери — итальянский тренер, создавший несколько хороших футбольных команд.

Сразу после встречи, примерно в 18:00 Геращенко готов ехать на вечеринку в «Украинский институт будущего». Его вместе с товарищами чиновник создал больше трех лет назад. По задумке, институт должен давать альтернативное мнение и аналитику по важным для общества вопросам.

В офисе института, в бывшей резиденции итальянского посла, сотрудники с опозданием на неделю празднуют Хэллоуин. Глава института Виктор Андрусив ходит в смешной шапке. Многие в костюмах. Геращенко остается серьезным и просит не фотографировать — может, люди стесняются. Он проводит небольшую экскурсию: показывает кабинеты, джакузи, веранду, где на гриле жарятся рыба и мясо.

Геращенко много общается с друзьями, в том числе с одним из основателем института Игорем Лиски и бывшим замгенпрокурора, а сейчас экспертом института Евгением Ениным. Мы уезжаем раньше и оставляем его с бокалом украинского вина «Колонист» и ребрышками. Он признается, что иногда заканчивает день вином или 30—50 граммами виски.

Мария Жартовская

Источник